Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
19:19 

Homestuck Secret Santa
Адресат: Ари Никитовна

Название: Как удачно ты зашел
Автор: Taimat
Переводчик: Буква А.
Ссылка на оригинал: archiveofourown.org/works/302650
Разрешение на перевод: отправлено
Пейринг или персонажи: Гамзи Макара/Таврос Нитрам
Рейтинг: R
Жанр: флафф, тонны флаффа, романс
Размер: 4078 в оригинале, 3232 слова в переводе
Предупреждения: ОЧЕНЬ МНОГО ФЛАФФА
Комментарий: переводчику очень стыдно за задержку подарка! Желаю вам всего наилучшего в этом новом году, надеюсь, подарок вам понравится.
Заявка: 2. Что вы хотите получить в подарок:
а) Фанарт, фик или перевод.
б) Ампорацест, Дирк/Джейн, Каркат/Канайя, Гамзи/Таврос, Миина/Аранея, Бро/Джон, Вантасы, Дейвспрайт, Эрисолспрайт, герои сердца, альфа и/или бета-дети (и их можно пейринговать как угодно)
в) Флафф, романтика, юмор (или даже СТЕБИЩЕ), мимимишности
г) Джейк/Джейн и соладию мне не надо, мрачняк всякий тоже.

Когда Гамзи возвращается далеко за полдень, устало скидывая сумку с книгами на пол, хлопая дверью и оставляя холодную погоду снаружи, Таврос сидит на диване, укрытый пушистым теплым одеялом, и выглядит как самая уютная вещь во всем мире.
Гамзи снимает шляпу, потирая уши, чтобы скорее согреться, и оставляет куртку с ботинками в прихожей. Кажется, что все дороги скоро превратятся в лед, и Гамзи очень рад, что Таврос живет к кампусу ближе, чем он.
Это выглядит как правдоподобный аргумент, чтобы приходить к нему чаще.
- Привет, Гамзи!
Таврос садится прямо и машет ему. Гамзи медленно приближается к дивану и валится на него, попутно кладя Тавросу на колени свою голову с растрепанными волосами, которые тот сразу же начинает гладить и тихо смеяться. По телевизору показывают какой-то старый рождественский фильм, и по логотипу в углу экрана Гамзи определяет, что это – канал счастливо-пушисто-рождественских фильмов. Он вздыхает и трется щекой о бедро лучшего друга.
- И сколько ты это уже смотришь, Тавбро?
Тот пожимает плечами в ответ.
- Не знаю, наверное, весь день?
- Бля, чувак. А тебе они и правда нравятся. Типа думал, ты преувеличиваешь.
- Эм, да нет. Эти фильмы такие, ну, светлые, радостные, и я вроде как хотел бы, чтобы люди и сейчас делали подобные вещи.
Гамзи издает звук, который должен изображать задумчивость, и продолжает внимательно слушать с закрытыми глазами.
- Например?
- Например… Кататься на санях, делать, эм, гирлянды из попкорна для елки, готовить печенья и сидр, и, м… - он останавливается посреди предложения, и Гамзи приоткрывает глаза, замечая румянец на щеках Тавроса, еще глубже укутавшегося в одеяло.
- Так это ж неплохо. Такая хуйня как раз для тебя. Всякие светлые и радостные штуки.
Таврос снова тихо смеется и гладит Гамзи по волосам. Тот лениво улыбается в ответ, думая про себя.
***
На следующий день у Тавроса последний экзамен, поэтому Гамзи с утра рысцой бежит в магазин, чтобы приобрести пару важных вещей. У его есть план.
Когда Таврос подъезжает на своей каталке к крыльцу дома, Гамзи уже стоит, облокотившись на дверь, с пакетами в обеих руках. Таврос не задает никаких вопросов, просто пускает его внутрь. Он даже не пытается посмотреть в сумку, пока они едут в лифте. Гамзи и сам скоро расскажет ему, что происходит.
Как только Таврос открывает квартиру, Гамзи тут же ввозит его внутрь. Он запирает дверь и везет Тавроса на кухню прежде, чем тот даже подумает протестовать. Он начинает кружить по комнате, вытаскивая из шкафов тарелки, чашки, ножи, бумажные полотенца, и принося охапкой все это на стол, за которым сидит Таврос.
Гамзи только собирается высыпать все содержимое из пакетов, когда он вдруг выходит из комнаты, бормоча: «Забыл…»
Таврос просто моргает, но потом Гамзи возвращается с айподом и колонками Тавроса, нагло стащенными из его спальни, и ставит все это на кухонный стол. Сразу же слышится рев электрогитар, но почему-то они играют... рождественские песни, и Таврос смеется. Гамзи с улыбкой оборачивается на пару секунд, но потом возвращается к вытаскиванию вещей из пакетов.
Коробки с пшеничным печеньем, полосатые карамельные палочки, упаковки жвачек и красные водовороты лакрицы, целые банки с посыпкой для пирогов, маленькие коробочки сахарной пудры...
Большие глаза удивленно распахиваются все шире и шире с каждым новым предметом, появляющимся на столе, иногда ошарашенно поглядывая на Макару.
- Эм, а что мы делаем?
Гамзи ослепительно улыбается, разрушая итак потрескавшийся от мороза грим, садится на стул рядом с Тавросом и начинает по одной открывать коробки и высыпать конфеты в тарелку.
- Призовем веселье и чудеса готовкой пиздецки сладких пряничных домиков и будем слушать праздничные ритмы. Норм?
Для Тавроса это, видимо, даже более, чем норм, поэтому он быстро-быстро кивает и обнимает Гамзи за плечи.
- Спасибо.
- Еще рано хвалить меня, Тавбро! Мои архитекторские навыки не настолько охуенны.
Таврос хихикает.
- Тогда мне придется удостовериться, что твой дом, кхм, не развалится.
- Звучит круто. Как насчет построить один домишко, но вместе? Ну, чтоб я нигде не накосячил.
- Конечно! Лучше строить дом с тобой, чем одному.
Что-то колкое и горячее начинает распространяться по всему животу Гамзи. Он ставит контейнер с посыпкой перед Тавросом, и поигрывает ножом, едва удерживаясь от желания его облизать.
Когда Гамзи начинает поедать леденцы чуть ли не быстрее, чем Таврос успевает их вытаскивать, Нитрам смеется и приклеивает один из них Гамзи на нос.
Гамзи сыпет сахарную пудру Тавросу на волосы в ответ.
Позднее этим вечером, когда они лежат на диване головами на противоположных краях, Гамзи лениво осматривает комнату. Он замечает новый пряничный домик в центре, который, наверное, смотрится как весьма необычная декорация с такими толстыми, крепкими стенами. Затем Гамзи ищет розетки, заранее планируя продолжение веселья.
***
Три дня спустя, когда пудра на их домике окончательно затвердела, Гамзи стоит в прихожей у Тавроса с огромной коробкой в руках, пока тот озадаченно на него смотрит.
- Но… Зачем?
- Потому что рождества без елки не бывает, Тавбро, и твоей норе явно ее не достает.
- Но не нужно было самому…
- Я ничего еще не сделал сам, расслабься. Сейчас все будет.
Гамзи ставит коробку на пол и рвет ленты, пока Таврос с радостью за этим наблюдает. Елка не самая шикарная: около метра высотой, но это значит, что Гамзи управится еще и быстрее, и сразу же примется за стоящий рядом пакет.
- Без попкорновых гирлянд, но зато я достал какую-то сверкающую поебень, - он достает серебристые полосы «дождика», которые тут же сыпятся на ковер вместе с разноцветной электрической гирляндой и такой же, но красно-зеленой. Возможно, украшения так себе, но Таврос радостно протягивает руку к гирляндам, будто спрашивая, можно ли их разматывать.
Таврос с мелкими, требующими внимания и аккуратности, вещами справляется лучше, поэтому он занимается орнаментом, добавляет новые детали, тщательно проверяя, не упадут ли они. Гамзи же просто раскидывает гирлянды и «дождик» на елку, не особо озабоченный тем, что выглядит это так, будто по елке прошлось стадо коней. Таврос решает доверить ему половину елочных игрушек, хотя, наверное, две стороны елки будут сильно различаться.
В итоге волосы Гамзи оказываются оплетены серебряными нитями, которые переливаются в разноцветном сиянии, когда Гамзи находится рядом с сияющей гирляндой. Таврос же становится каким-то теплым в этом свечении, и Гамзи думает, что вполне может к этому привыкнуть.
Когда Таврос вешает на верхушку звезду – которая, наверное, гораздо ярче, чем имеет право быть, но Гамзи очень понравилась, - Гамзи вдруг очень захотелось приобрести камеру, потому что сосредоточенный Таврос с высунутым кончиком языка чуть более, чем прекрасен.
От пряничного домика осталось еще немного леденцов, и Гамзи с Тавросом сидят еще долго, прежде чем елка полностью завешана слишком романтичными украшениями.
***
За два дня до рождества сильный мороз снова превращает полу растаявший снег в гололед, но Гамзи успешно успевает добраться до Тавроса к полудню, увешанный пакетами, и Таврос мысленно задумывается, сколько же денег Гамзи тратит на это все. Тот лишь широко улыбается, еще более радостный, чем раньше, даже несмотря на мороз. Он бросает сумки на кухне и возвращается обратно.
- Не то, что бы я хотел превратить тебя в мороженое, но улица заебала превращаться в каток каждый раз, когда я хочу показать тебе кое-что крутое.
Любопытство Тавроса явно берет верх, потому что его глаза то и дело бегают от окна к Гамзи и обратно. Он кивает.
- Ага.
- Здесь и загвоздка, Тавбро. Ты не будешь против, если… - Гамзи делает паузу, раздумывая, как лучше сформулировать. - …если я тебя понесу?
Дыхание Тавроса вдруг сбивается, и Гамзи не знает, хороший ли это знак.
- Только до первого этажа! – спешно добавляет он.
Глядя на него задумчиво и одновременно заинтересованно, Таврос кивает, и они тепло одеваются. Затем, Гамзи валит Тавроса в свои объятия, польщенный и смущенный тем, как ему доверяют.
Таврос не тяжелый, и Гамзи даже не успевает запыхаться, пока несет его.
Внизу их ждет велосипедное такси, и одеяла внутри на радость не украдены. Гамзи рассматривает лед у себя под ногами и старается не упасть, пока несет безмолвного Тавроса. Тот продолжает на него смотреть, пока Гамзи укрывает его одеялами внутри пассажирской кабины.
Таврос находит в себе силы говорить, когда Гамзи лезет в карман куртки.
- А… Что мы делаем?
- Катаемся на санях, бля! Только у тебя, - он достает пару фетровых рогов, прикрепленных к ободку, и надевает их, поспешно прикрепляя красный шарик себе на нос, - будет свой северный олень. Потому что олени торжественнее, чем лошади.
Таврос сглатывает, но молчит, и Гамзи продолжает.
- Да и вообще, трудновато тут найти настоящую лошадь и сани. Хотя я тебя никому кроме себя бы и не доверил.
Таврос протягивает к нему руки с таким лицом, будто он сейчас заплачет; Гамзи наклоняется к нему и обнимает в ответ, стараясь не размазать грим по щеке Тавроса.
- Все просто прекрасно. Спасибо.
Это… более, чем Гамзи ожидал услышать. Он прислоняется своим игрушечным носом к носу Тавроса.
- Тогда давай прокатимся по всем этим ебаным дорогам.
Вышеупомянутые дороги, к счастью, были посыпаны солью, поэтому колеса скользят редко, и Гамзи легко лавирует между машинами. Он не уезжает очень далеко, потому что на улице холодно, и он не хочет, чтобы Таврос заболел. Они подъезжают к парку, расположенному за несколько кварталов. Гамзи везет велосипед по пешеходной дороге, хоть это и не положено. Здесь не так много людей, которых это заботит.
Как только такси припарковано, Гамзи устраивается рядом с Тавросом, оправдывая недружескую близость и разделенное одеяло рождественским холодом.
Таврос протягивает руку к одному из рогов Гамзи, прикрепленный к ним же колокольчик звенит в морозной тишине, звуки города приглушены, и Гамзи был бы рад застыть в этом мгновении навсегда. Таврос кладет голову ему на плечо, и Гамзи обещает себе, что это еще…всего на минуту.
Одна минута превращается в две, пять, десять, и Гамзи решает, что пора ехать обратно к Тавросу домой, когда ветер усиливается. Он паркуется прямо перед входом, чтобы потом вернуть такси как можно скорее, и несет Тавроса, замотанного в одеяло, в квартиру.
Посадив его на диван, Гамзи меняет мокрое от снега одеяло на новое, и идет на кухню.
- Жди здесь. У меня есть еще кое-что.
Каталка Тавроса стоит достаточно близко к дивану, поэтому он мог бы слезть с дивана и подглядеть, что Гамзи там делает, но он просто сидит и ждет, пока стук на кухне не прекратится. Гамзи возвращается с двумя кружками сидра, в котором все еще плавают коричные палочки.
- Осторожно. Горячо.
Таврос закатывает глаза и с улыбкой берет кружку, облегченно вздыхая и откидываясь на спинку дивана.
- Ты, эм, забыл снять нос.
Гамзи смеется и бросает его на пол, и нос укатывается в другой конец комнаты. Он достанет его позже. Его макияж практически смылся, и Таврос тыкает пальцем в его щеку.
- Ты можешь смыть, если хочешь.
Дыхание Гамзи сбивается, он еще пару секунд просто сидит и недоуменно моргает. Таврос не отводит взгляда, поэтому Гамзи просто уходит в ванную и возвращается уже без грима. Таврос улыбается ему и обнимает, как только тот оказывается достаточно близко.
- Может, ты хочешь остаться? – он едва слышно бормочет, но Гамзи ни слова не упускает.
- Остаться?..
- Ну, как бы с ночевкой?
- Рождественские посиделки, м? Звучит как кое-что, в чем я бы поучаствовал. Хочешь, включу тот сопливо-пушистый канал с рождественскими фильмами?
Три часа спустя Гамзи отбросил свои джинсы и развалился на диване в одних трусах и футболке Тавроса. Тот, в свою очередь, лежит головой на животе Гамзи, и, судя по тому, что он не рыдает под концовку фильма «Эта замечательная жизнь», он уснул.
Наверное, Гамзи нужно отнести Тавроса в кровать. Помыть кружки из-под сидра. Но еще ему кажется, что правильнее будет просто остаться здесь.
Это не такое уж и сложное решение.
Когда Таврос просыпается, он все еще на диване, и Гамзи все еще под ним, только он лежит у него на груди. Таврос приподнимается на локтях и смотрит ему в глаза.
- Ты еще здесь.
- Еще бы, бля. Где мне еще быть?
Таврос слегка краснеет и кладет голову обратно, чтобы Гамзи этого не видел. Внутри груди Гамзи проходят приятные вибрации, когда он говорит.
- На улице пиздецкая метель. Хочешь посмотреть?
Гамзи наблюдает за тем, как Таврос с широко распахнутыми глазами забирается в инвалидную коляску и рвется к окну, буквально прижимаясь в него лицом. Все вокруг – белого цвета, будто укрыто снежным покрывалом, сугробы, наверное, в несколько этажей. Таврос издает радостные звуки, но вдруг внезапно мрачнеет.
- Извини.… Теперь ты здесь застрял.
Улыбка Гамзи мягкая и незаметная, но от этого не менее настоящая; он наклоняется и целует Тавроса в лоб.
- Нигде больше быть и не хочу.
- Но ты не сможешь ни с кем увидеться…
- И видеть никого больше тоже не хочу.
Таврос пытается придумать ответ, но Гамзи задумчиво смотрит в окно, и Таврос решает молчать. Гамзи же устраивает мысленные дебаты, тот ли это момент. Он работал над этим так долго, и ему кажется правильным рассказать именно сейчас. Но он так нервничает. Боится все разрушить.
Но он никогда не узнает, пока не попробует.
- Раз уж на улице такой пиздец, хорошо, что твой подарок у меня с собой.
Наверное, Таврос ожидал не этого, потому он в замешательстве склоняет голову набок. У Гамзи в глотке появляется дурацкий комок, и, черт, это так сложно.
Таврос берет его за руку, и Гамзи чуть не начинает рыдать. Идеально. Таврос – маленький идеальный ебалай.
- И что же ты приготовил мне на рождество?
- Себя.
Ответ настолько приглушен, что Таврос сначала не отвечает – думает, не послышалось ли ему. Гамзи продолжает.
- Хотел устроить тебе рождество как в этих твоих фильмах. Рождество, которое ты так хотел. И… не знаю, ожила ты этого или нет, но я хотел подарить тебе… - он уверен, что делает все как-то неправильно. Он спотыкается о собственные слова и наверное только смущает Тавроса и… похуй.
Гамзи едва касается губ Тавроса своими, а когда тот слегка приоткрывает рот от удивления, Гамзи много стоит не воспользоваться этой возможностью. Он отстраняется на секунду, чтобы показать Тавросу, что он это серьезно, а тот лишь заинтересованно смотрит в ответ. На всякий случай, Гамзи ни на что не надеется.
- Ты… все это было…ты…
Он чувствует себя немного лучше, когда Таврос тоже пытается подыскать правильные слова, даже если правильные – совсем не те, что Гамзи хочет услышать.
Таврос расплывается в улыбке.
- Гамзи, ты, эм, ухаживал за мной?
- Звучит глупо, когда ты так это называешь, - хмыкает он.
Но Таврос все еще улыбается, и его глаза просто блядь светятся. Может, это просто отражение гирлянды на елке, но Гамзи уверен, что Таврос еще чуть-чуть и расплачется.
Не прикладывая особых усилий, Таврос потянул руку Гамзи, заставляя его наклониться. Когда Таврос хватает его за затылок и целует, сказать, что Гамзи удивлен, значит ничего не сказать.
- Ты дурак, - прошептал Таврос ему прямо в губы, и, о боже, Гамзи не хочет быть где-то еще, никогда.
- Тавбро, это значит, что мы с тобой-
- Да. Да.
Гамзи слишком рад такому ответу, поэтому целует Тавроса, и в его груди разливается горячее чувство, когда Таврос целует его в ответ.
- Что теперь, бро? Как должно закончиться твое идеальное рождество? – все, что он захочет, Гамзи сделает. Все, что сделает его счастливым. Но, глядя Тавросу в глаза, Гамзи сглатывает и не знает, во что он ввязался.
- Ну, для начала ты набросаешь кучу одеял под елку, потом отнесешь меня туда. И там мы будем сидеть и обниматься.
- Для начала?
- Для начала. Я и так долго ждал, Гамзи.
- Долго… Что?
- И, эм, все еще жду.
Гамзи моргает, затем смеется и идет к дивану – собрать одеяла в кучу и скинуть их под елку. Может, он и правда дурак. Но все норм, потому что теперь Таврос о нем позаботится. И Гамзи – самый удачливый дурак во всем мире.
Таврос подъезжает ближе, и Гамзи практически чувствует, как он нетерпелив. Когда куча одеял готова, Гамзи берет Тавроса на руки; тот обвивает свои вокруг его шеи и утыкается носом в его шею. Гамзи усаживается на кучу одеял и мысленно соглашается сам с собой, что это – самое лучшее его рождество.
Таврос придвигается ближе, чтобы поцеловать его, и Гамзи удовлетворенно умрчит.
- Эм… все нормально?
- А?
- Это. То, чем мы занимаемся.
- Я только за, если бро этого хочет. Не ты один ждал, надеялся и все такое.
- Ох. Хорошо, - смеется Таврос.
Гамзи снова тонет в нем.
Когда Гамзи думает, что Таврос будет колебаться, тот всегда твердо стоит на своем. Когда Гамзи думает, что Таврос будет смущаться, тот дважды уверен в своем решении. Таврос первый тянется к его губам, и Гамзи окончательно сдается.
- Ты вообще представляешь, как долго я этого хотел? И ты просто…
- Извиняй, Тавбро. Не знал. И не хотел испортить все.
Таврос кивает, задевая ирокезом лоб Гамзи.
- Я знаю. И, эм… Спасибо за все.
- Чем займемся?
- Я даже не знаю, - смеется он, играя с волосами Гамзи. – Я еще не могу поверить. В то, что ты… мда.
- Окей, - Гамзи переворачивается, окружая Тавроса одеялами. – Тогда просто скажешь стоп.
Таврос глупо хихикает, когда руки Гамзи пробираются под его футболку; он отвечает на прикосновения и тихо стонет, и между поцелуями Гамзи едва отстраняется, чтобы посмотреть на его сияющее лицо.
Черт, если бы ему сказали, что признание сделает Тавроса таким счастливым, он бы уже давно ему раскрылся.
Гамзи чуть ли не подпрыгивает от руки Тавроса на его бедре и привстает над ним.
- Тав? Все не очень быстро? Не хочешь романтики и типа того?
- А чем мы занимались все годы до этого? То, что ты делал все это рождество? Мы, эм, шли и так достаточно медленно. – его голос спокоен, и Гамзи не совсем уверен, что делать с Тавросом, который знает, чего он хочет; особенно тогда, когда он хочет Гамзи. Так что он просто плывет по течению.
- Логично. – он снова его целует, прислоняясь всем телом; одной рукой он поддерживает Тавроса за спину, когда тот вздыхает и подается вперед. И, вау, Таврос его хочет. И это просто ебаное чудо, как Таврос раздвигает ноги и так, так ему доверяет. Он бы не удивился, если бы это был просто сон, не считая того факта, что его сердце билось слишком быстро и слишком реально, совпадая ритмом с движениями его бедер.
Именно Таврос хватает его за руку и просовывает ее между их телами. Он смотрит на Гамзи так, будто просит его что-то сказать, и тот поглаживает его. Таврос закрывает глаза, стонет, и, о боже, это лучший звук на свете. Да, надо делать это чаще.
Чтобы снять белье с Тавроса и себя самого Гамзи нужно несколько секунд. Таврос помогает ему, наблюдая за тем, как Гамзи соприкасается их членами. Таврос вздыхает и серьезно, блять, стонет – боже, Гамзи это слишком нравится. Он тянется к нему, трется, и рука Тавроса на его бедре только добавляет мотивации.
Там, где они соприкасаются, кожа вся в поту; Таврос тяжело дышит Гамзи в губы, целует его, несмотря на нехватку воздуха – хотя из-за звуков, которые издает Таврос, очень сложно вспомнить, как дышать. Он тянется к губам Гамзи, и тот открывает рот, дотрагиваясь своим языком до его и продолжая тереться бедрами. Он разберется во всем позже. В отношениях он и так слишком долго разбирался.
Таврос кусает Гамзи за язык, когда тот кончает, постанывая; член Гамзи дёргается. Язык Тавроса во рту Гамзи, дышать еще сложнее, и, наверное, у него кружится голова, но все просто идеально. Таврос обнимает его, когда кончает сам, гладит его лицо, волосы, спину, шепчет то-то, что Гамзи понимает только подсознательно, потому что расслышать не может. Но теплое, волшебное чувство распространяется по всему его телу, и это больше, чем просто ощущение после секса.
Это сияющая улыбка Тавроса, которую он встречает своей.
Это теплое тело Тавроса, все еще трясущееся и липкое от пота, но такое идеальное, что Гамзи даже не хочет двигаться.
Это слова Тавроса, которые он шепчет Гамзи прямо в губы. Его кожа светится в переливах гирлянды, руки крепко держат в объятиях.
Гамзи больше не знает, чей это рождественский подарок, но ему не нужно доказательств того, что он принадлежит Тавросу, а тот – ему. Всегда было так. Ему нужно было лишь немного помощи, чтобы это увидеть.

@темы: фанфик

URL
Комментарии
2014-01-16 в 23:19 

Ари Никитовна
Развратный ёжик-паучок
Боже мой, какое же оно милое счастливо-пушисто-рождественское <3 Это именно то, чего мне очень хотелось. Пушистости <3
Спасибо вам большое за такой подарок С:

2014-01-17 в 00:20 

Буква А.
помятый шкаф с веселым вантасом внутри
Ари Никитовна, аааа, как я рада что угодила:dance2: вам спасибо за заявку :3

   

Homestuck Secret Santa

главная